«На улице, чай, не Франция»Чем снятый в Калининграде «Налёт» отличается от французского оригинала

Чем снятый в Калининграде «Налёт» отличается от французского оригинала

Первый канал начал показ сериала «Налет», который снимался в Калининградской области. Фактически, это попытка адаптации криминального сериала Braquo, действие которого происходит в Париже. «Твой Бро» посмотрел первые серии российской версии (а также пару сезонов французской) и формулирует, чем российский кинопродукт отличается от своего западного прародителя

Полутемная комната. Камера едет слева направо. Сквозь прутья решетки можно разглядеть дрожащего не то от холода, не то от страха субтильного юношу в одних трусах. «Кто ей первый вставил: ты или твой друг?», - ведет допрос мужчина с рыжими усами и подстриженными бакенбардами. Преступник что-то мямлит в ответ, в обязательном порядке, при этом всхлипывая. По ходу допроса становится ясно, что юношу в трусах обвиняют в изнасиловании беременной женщины. «Да мне насрать!», - наконец взрывается тот, который в трусах. Кажется, что за чередой всхлипов, в нем наконец-то проявился хоть какой-то внутренний стержень. У полицейского усталое, измученное лицо. С удивлением он глядит на шариковую ручку в собственных ладонях. Короткий удар. Всхлипы сменяются почти звериным воем. Тело в трусах падает на пол. Так начинается французский сериал Braquo («Налет») - мрачная, криминальная драма, где даже если очень захочется найти положительных персонажей, это вряд ли удастся.

Трейлер к оригинальной версии сериала

«Ты понимаешь, что ты урод?», - ведет допрос хихикающего гопника в майке-алкашке актер Андрей Смоляков (его персонажа зовут Андрей Рыжов). У него опухшее лицо, под глазами мешки — все эти нехитрые приемы гримера должны выдавать в персонаже «человека непростой судьбы». По ходу допроса становится ясно, что гопника в майке-алкашке обвиняют в изнасиловании беременной женщины. Но он лишь скалит зубы в ответ и передразнивает своего мучителя. Всем становится понятно, что полицейский не будет долго терпеть такую наглость и аморальность. Рыжов хватает подозреваемого за горло: камера берет в крупный план, как страж порядка бьет нагловатого юнца ручкой, а глазное яблоко растекается красным пятном. Так начинается российский сериал «Налет», снимавшаяся калининградской области попытка адаптации французского сериала.

Трейлер к российскому «Налёту»

Первая сцена — один из главных эпизодов для сценарной канвы обоих киносериалов. По ней легко проследить, что общего у продукта Первого канала и его западного аналога. С общим, на самом деле, проблем нет: некоторые сцены в российском сериале покадрово списаны из Braquo. Диалоги персонажей старательно переносятся из одной ленты в другую. Иногда даже фамилии переходят из сценария в сценарий при помощи нехитрого инструментария ctrl+c -ctrl+v. Главный герой Braquo носит фамилию Каплан. Такая же фамилия и у героя Владимира Машкова (ему досталась главная роль в российском «Налете»).

Но есть у этих сериалов и существенные различия. Первое, за что стоило бы беспокоиться при съемках адаптации, это та самая вездесущая и душная политкорректность, без которой сейчас невозможно представить ни один из центральных телеканалов. И тут, кажется, Первый канал держит марку. Если надо показать, что какой-то мелкий муниципальный чиновник увлекается садо-мазо, то пожалуйста, вот вам внушающий отвращение всем своим видом лысый мужчина с кляпом во рту и девица в латексном платье хлещет его плетью. Нужен полицейский употребляющий наркотики? Снова никаких проблем: вот актер Александр Паль  толчет под камерой какие-то таблетки в порошок, а потом хлебает мутноватый раствор из пластиковой бутылки. И даже курить герои будут, хотя на российском телевидении это давно уже не приветствуются.

На фото: Главные герои французского Braquo

На фото: Главные герои французского Braquo

С одной стороны, «Налет», казалось бы, возвращает нас в те времена, когда четких правил игры еще не существовало, а на телевидении можно было все (точнее, почти все). Но с другой стороны, Первый канал все-таки щадит психику своих зрителей: оператору в Braquo не надо показывать крупным планом выколотый глаз, чтобы стало страшно. Достаточно того самого звериного воя. В российском аналоге, даже когда камера хватает крупным планом образовавшийся на лице кровавый провал, не оставляет ощущение, что это все бутафория. То есть, все равно очень четко представляется, что за несколько минут до этого, на площадку выходил гример и этот «кровавый провал» на месте человеческого глаза конструировал.

На фото: Отечественные герои

На фото: Отечественные герои

Калининградская область, как ни странно, оказывается идеальным местом для такого фильма. Регион, как будто бы, сам подсовывает съемочной группе нужные локации. Зеленоградский променад, если нужна сцена для «проникновенного» разговора. Во время автомобильной погони (ко второй серии российский «Налет» обрастает экшен-сценами) в кадр то и дело попадают старые виллы. Портовые районы города идеально подходят для наиболее мрачных сцен. Когда одному из героев нужно купить те вещества, за хранение которых в РФ положен солидный тюремный срок, то на помощь приходят локации одного из ночных заведений города (правда, прекратившего свое существование).

Braquo — это, в первую очередь, драма. А для ее создания мало проституток и наркотиков, в каких бы количествах их не вываливали на экран. Персонажи Braquo живут в мрачном и жестоком мире, где работает только один принцип «цель оправдывает средства». Только по этой кривой дорожке они зашли уже, кажется, так далеко, что забыли, что у них когда-то была какая-то цель. «Кривая дорожка» завела их всех слишком далеко от первоначальной точки маршрута. И, кажется, что персонажи в Braquo, чем дальше следуют по своему пути, тем больше превращаются в свою противоположность. Сами становятся теми, ради борьбы с которыми они когда-то и вступили на этот тернистый путь.

Чем снятый в Калининграде «Налёт» отличается от французского оригинала

Подобный подход гораздо больше роднит Braquo с персонажами Достоевского, чем их российских двойников. Если французский Каплан — это такой усатый мужчина в нелепой курточке с воротником, подбитым мехом, то герой Владимира Машкова скроен по всем маркетинговым правилам, чтобы глубоко запасть в сердце отечественным домохозяйкам. «Одинокий волк, брутальный мужчина и настоящий профессионал своего дела», - характеризуют российского Каплана на сайте первого канала. У него стильная кожанка, трехдневная щетина и взгляд, в котором хорошо читается закамуфлированное страдание и внутренняя боль.

Прародители «Налета» - это произведения Андрея Кивинова, сериалы «Убойная сила» и «Улицы разбитых фонарей». Пусть родство это и очень отдаленное, но оно есть. Где-то за спинами Олега Каплана и его сослуживцев стоят «давящие лыбу» тени Ларина, Дукалиса и Казановы, которые заложили этот канонический образ «симпатичных, но не всегда поступающих по закону ментов». И поэтому с сочувствием со стороны зрителя тут, порой, могут возникать проблемы.

Чем снятый в Калининграде «Налёт» отличается от французского оригинала Фото №2

Интернет заставляет телевидение меняться. Сложно этого не делать, когда почти любому по первому-второму клику доступны сразу 5 сезонов похождений Уолтера Уайта из Breaking Bad.  Сериал «Налет» - это тот продукт, который может захватывать и держать в напряжении. Какое-нибудь из СМИ обязательно включит его в свой рейтинг «отечественных сериалов, которые не стыдно смотреть». Но чего-то ему не хватает, даже, несмотря на покадровый пересказ некоторых сцен западного аналога. Может быть, той самой пресловутой «правды жизни», которую тут подменили страдальческим лицом Машкова.


Фото: Первый канал, Youtube, IMDB

comments powered by HyperComments