Хэзер Смолл, голос M PeopleГосподи, за ней поёт сэр Том Джонс!

Господи, за ней поёт сэр Том Джонс!

Хэзер Смолл закрывает программу XI фестиваля Kaliningrad City Jazz и является, возможно, самой ожидаемой гостьей летнего праздника. Михаил Мирошников позвонил ей, чтобы поговорить о выходе Британии из Евросоюза, о том, как астма сделала её одной из лучших британских вокалисток в истории, и о медитациях. Звонок, кстати, застал её на Ибице

Как дела, Хэзер?

Хэзер Отдыхаю, пытаюсь прийти в норму после результатов референдума по Brexit. Думаю, как жить дальше.

И как же? Вы, кстати, голосовали?

Хэзер Я голосовала, да, но, скажем так, расклад не в мою пользу. На самом деле никто не знает, что теперь будет. А неопределенность ещё никому никогда не шла во благо. Мое мнение таково, что если у тебя есть возможность свободного передвижения в пределах 27 стран — ею надо пользоваться. Честно говоря, я не могла поверить, что мы приняли решение быть отдельно от Европы. В этом нет смысла... Но большинство решило иначе.

А как считаете, решение это повлияет на британскую музыкальную индустрию в целом?

Хэзер Мне кажется, что музыка — это интернациональная вещь. К примеру, у вас в России было время, когда определенные виды музыки были под запретом, и люди всё равно находили способ слушать её из-за рубежа. Музыка всегда найдет способ развиваться вне зависимости от референдумов.

  • Хэзер Смолл

Ладно, бог с ним, с Brexit. Давайте об M People. Вы продали 10 миллионов дисков по всему свету. Когда это произошло, вы как-то это отмечали, устроили специальную вечеринку?

Хэзер Вообще то, что мы делали музыку и продолжаем сейчас, возможность получать за это неплохие деньги и радовать миллионы людей — это куда лучше любой вечеринки. Я каждый день отмечаю то достижение тем, что держу себя в форме — беру уроки вокала, занимаюсь спортом. Каждый выход на сцену до и после того достижения для меня — это вечеринка.

Вы говорили, что выступление на Олимпийских играх в Лондоне — самое легендарное в вашей сольной карьере. А если брать совместные с M People?

Хэзер Ну я бы не использовала слово «легендарное», не я это сказала, а вы (смеётся). Оно было приятным — это вернее. Но если серьезно, то «легендарных» выступлений много. Гластонбери. Концерт на стадионе Old Trafford в Манчестере. Был концерт, на котором мы спускались с вертолёта, — это тоже довольно не­обычно. Все эти шоу — радость для меня.

Когда было объявлено о воссоединении M People в честь 20-летия группы, его едва не отменили из-за ваших проблем с голосом. Что вы чувствовали тогда и как преодолели те трудности?

Хэзер Это, наверное, был самый страшный момент в моей карьере. Я была в абсолютном ужасе. Петь для меня — это как пить воду, есть, дышать. И вдруг я не могу этого больше делать. Пение — жизнь для меня.
Разумеется, я пошла ко врачу. Выслушала его. И выполнила всё, что он мне сказал сделать. От первой и до последней буковки! Я поверила ему. Я не разговаривала вообще шесть недель — это было невероятно сложно, ведь, как вы уже, наверное, заметили, я ужасная болтушка. Шесть недель тишины, представь только! Со мной всегда была куча бумажек и ручек! Ну и это сработало. Я восстановилась.

Господи, за ней поёт сэр Том Джонс!

Насколько я знаю, вы ведь ещё и астматик. Как удалось астматику стать одной из лучших британских вокалисток последних десятилетий?

Хэзер Вы меня прямо засыпаете комплиментами.
Спасибо. Я, наверное, странную вещь скажу, но заболевание астмой мне во многом помогло сформироваться как вокалистке и выработать не похожий ни на кого стиль. Я осваивала особые дыхательные техники, чтобы астма мне не мешала. И то, что я особенным образом дышу, когда пою, слышно на записях — как M People, так и сольных.
Ну а кроме того, я не ем молочные продукты, не ем мясо, и я обнаружила, что это здорово сказывается на голосе. В лучшую сторону. Я вообще очень внимательно отношусь к своему здоровью — я много хожу, занимаюсь спортом, у меня есть щенок! Больше всего спортом я занимаюсь, кстати, именно с собакой — бегаю везде за ним.

Слушайте, ну как огромный фанат Лу Рида не могу не спросить вас о вашем участии в переиздании его великой Perfect Day в 1997, где вы работали с Дэвидом Боуи, Томом Джонсом, Боно, самим Лу Ридом... Есть что-то, чему они вас научили или вообще этот опыт?

Хэзер Все почему-то всегда думают, что мы тогда находились в одной комнате в одно время. Но было, конечно, не так. Мы записывались по отдельности. Это потом уже продюсеры совместили всех нас в одно видео, и получилось, на мой взгляд, просто феноменально: когда я начинаю куплет, за мной подхватывает Том Джонс, и ты смотришь и думаешь: «Господи, за мной поёт сэр Том Джонс!» Я невероятно горда своим участием в этой работе.
Что интересно — это была моя первая запись после рождения ребенка. Моему сыну всего шесть недель, а я уже пою. До этого, когда я уже знала, что буду петь в Perfect Day, я нянчилась дома с ребенком и постоянно пела эту песню, разучивала её, думала, как спеть лучше. Делала это тысячи раз, могла спеть Perfect Day множеством разных способов — сам Лу Рид, наверное, её столько раз не пел. И когда я пришла в студию, спела, все были поражены. «Невероятно! — сказал мне звукорежиссер. — Где ты так научилась?»
Вообще эта работа научила меня в какой-то степени материнству. Когда ты мать, ты — сверхчеловек. Ты должна уметь так много... И я смогла.

Perfect Day ведь не последний ваш опыт участия в гуманитарных проектах. Чем из них вы занимаетесь сейчас?

Хэзер Да, для меня вообще важно слово «гуманность». Это то, что делает нас людьми. Я участвую в проектах, которые помогают матерям и детям, к примеру, проекты Variety. Я помогаю ЛГБТ-сообществам... Если проект интересный, я всегда могу ему помочь. В мире много важных вещей.

Вы как-то рассказывали, что на протяжении всей карьеры каждый раз вы впадаете в ужасную панику перед выступлением и подолгу медитируете в гримёрке, делая дыхательные упражнения. О чём вы думаете в момент медитации?

Хэзер До выступления я ни с кем не встречаюсь. Я не люблю, чтобы меня беспокоили. Они меня, впрочем, и не беспокоят — все ребята в туре знают, какая я перед шоу. А я сижу и думаю о том, как сильно я не хочу выходить на сцену. Но. Как только я выхожу на неё — это новая я. Меня не удержать, я обожаю живые выступления!
А перед ними я говорю себе: ты должна выдать сегодня своё лучшее выступление, Хэзер. Аудитория на самом деле способна простить артисту всё! За исключением недостатка самоотдачи.

На Kaliningrad City Jazz вы — The Headliner, Главный Артист, закрывающий фестиваль. Потребует это какой-то особенной медитации?

Хэзер Я, конечно, буду чувствовать немного больше давления, чем обычно. Но даже если бы я открывала фестиваль, я бы всё равно выкладывалась на полную. Я люблю сцену, у меня потрясающая группа, мы выдаём отличные сеты. Я просто должна быть уверена, что чувствую себя нормально, что все в порядке с моим голосом. Я буду спокойной и уверенной в себе. Это будет прекрасное выступление, вот увидите, может, даже лучшее в моей карьере.

comments powered by HyperComments