Прошедшее времяРекордное число калининградцев пришло на презентацию«Заката Кёнигсберга»

Рекордное число калининградцев пришло на презентацию«Заката Кёнигсберга»

25 ноября в калининградских «Арт-воротах» прошла презентация русского переиздания книги «Закат Кенигсберга» и встреча с ее автором, 87-летним Михаэлем Виком, уроженцем Кёнигсберга и свидетелем нацистских зверств, а затем и советской оккупации. «Твой Бро» побывал на мероприятии, приятно впечатлился количеству ценителей исторической памяти и погрустил по памяти города, который уже не вернется никогда

Много раз за вечер задается испуганно-смущенный вопрос «А вы помните хотя бы одно мероприятие в «Воротах», где было настолько много людей?» Это спрашивают ребята из команды «Арт-ворот», работники издательства «Пикторика», представившие этим вечером новое издание книги «Закат Кенигсберга», а также просто пришедшие на встречу с ее автором калининградцы. Люди сидят в рядах кресел, люди смотрят с высоты второго этажа исторического помещения, люди втискиваются в любые доступные проходы, лишь бы увидеть одного из - давайте будем откровенными - последних свидетелей того города с потускневших фотографий.

Много раз за вечер задается испуганно-смущенный вопрос «А вы помните хотя бы одно мероприятие в «Воротах», где было настолько много людей?» Это спрашивают ребята из команды «Арт-ворот», работники издательства «Пикторика», представившие этим вечером новое издание книги «Закат Кенигсберга», а также просто пришедшие на встречу с ее автором калининградцы. Люди сидят в рядах кресел, люди смотрят с высоты второго этажа исторического помещения, люди втискиваются в любые доступные проходы, лишь бы увидеть одного из - давайте будем откровенными - последних свидетелей того города с потускневших фотографий.

Удивление от происходящего развевает шутливый возглас откуда-то со стороны барной стойки: «Так вот где все враги России собрались!» Как и положено, услышавшие фразу отвечают на нее ухмылками и усмешками. В «Воротах» побывало этим вечером, по нашим прикидкам, порядка 200 человек, что является несомненным рекордом для презентации книги, изначально, по свидетельству ее первых издателей, не рассчитанной на русского читателя. Практически все гости презентации пришли осознанно, случайных прохожих почти не было. Тому свидетельством раскупленный буквально в первые полчаса мероприятия запас книг Михаэля Вика: в спешке один из сотрудников «Пикторики» пулей мчится назад в издательство, дабы довезти столько, сколько хватит всем.
Помимо калининградцев, здесь есть и высокие гости: генеральный консул Германии, представитель немецкого фонда восточно-европейской культуры, атташе консульства по культуре и так далее. И вечер, после вступительного слова куратора издательского направления «Пикторики» Василия Колесника, открывают именно они. Они говорят о Михаэле Вике, благодарят его за книгу и за то, что он в ней ничего не приукрашивал. Где-то на словах про то, что эта книга - попытка борьбы с тем, что преступники порой становятся жертвами, я повинуюсь давней журналистской традиции и начинаю скучать.
К счастью, рядом со мной стоит калининградский философ Вадим Чалый, написавший вступление к этому изданию книги. Спрашиваю его, перечитывал ли он книгу. Вадим отвечает: «Да, конечно. С интервалом в несколько лет. Впечатления свежи и во второй раз, и после». Затем интересуюсь относительно того, насколько эта книга, на его взгляд, «калининградская» и насколько она может быть интересна жителям других российских городов.

Чалый отвечает что-то в духе: «Нормальные люди прочтут ее везде, но, безусловно, будут те, кто не поймет и воспримет с агрессией».

Сам Михаэль Вик начинает свою речь с благодарностей консулу, издателю книги Максиму Попову (к слову, пошутившему перед этим, что новое издание случилось в первую очередь потому, что старое поистрепалось и поисчиталось), всем причастным и скромно заявляет: «Не знаю, чем я заслужил такую честь, ведь я просто выжил и написал о том, что было». Вик рассказывает о жизни в довоенном Кенигсберге, о том, как сильно он изменился с приходом Гитлера, о том, как ему приходилось носить желтую звезду на груди. Внезапно он вспоминает, что эта самая желтая звезда у него с собой, в портфеле. И он ее демонстрирует. Собравшимся людям, в большинстве своем хорошо одетым интеллигентным горожанам, в основном с минимумом еврейского бэкграунда, немного непонятно, как реагировать. Поэтому периодически реагируют аплодисментами.

Рекордное число калининградцев пришло на презентацию«Заката Кёнигсберга»

Тем временем Вик достает заготовленную речь и начинает ее читать. Он говорит о том, что люди часто являются жертвами произвола власти. Что именно от этого происходят провалы в истории, вроде того, который он пережил. Он цитирует Канта, говорит о едином сообществе народов, а завершает речь мыслью про то, что единственное, что несет в мир созидание - это добродетель, и ничто не может оправдать ненависть. Кажется, никто не собирается с этим спорить. После чтения Борисом Бартфельдом отрывка из книги приходит пора череды вопросов.

  • Вика спрашивают о его родном доме и квартире в нем. Он говорит: «Она сгорела. Мы незадолго до этого уехали, а когда вернулись, советские войска направили нас на работы: мы убирали трупы с улиц».
  • Михаэлю задают вопрос о том, в чем секрет его прекрасного здоровья и занимался ли он спортом. Он отвечает: «С 12 лет я был вынужден работать по 10 часов в день, а также добирался пешком через весь город до места своей принудительной работы».
  • Его спрашивают о советском инфильтрационном лагере «Ротенштайн» и о том, почему он выжил. Вик, после паузы, говорит: «Не знаю. Но, наверное, я бы здесь не присутствовал, если бы в мире не существовало такой вещи, как счастье».


Вика спрашивают о его родном доме и квартире в нем. Он говорит: «Она сгорела. Мы незадолго до этого уехали, а когда вернулись, советские войска направили нас на работы: мы убирали трупы с улиц».
Михаэлю задают вопрос о том, в чем секрет его прекрасного здоровья и занимался ли он спортом. Он отвечает: «С 12 лет я был вынужден работать по 10 часов в день, а также добирался пешком через весь город до места своей принудительной работы».
Его спрашивают о советском инфильтрационном лагере «Ротенштайн» и о том, почему он выжил. Вик, после паузы, говорит: «Не знаю. Но, наверное, я бы здесь не присутствовал, если бы в мире не существовало такой вещи, как счастье».

Еще после нескольких вопросов общение заканчивается, презентация книги превращается в типичное светское мероприятие: с вином, болтовней и великолепной тематической выставкой от «Пикторики». Но очередь людей с книгами тянется бесконечно. Старый немец еврейского происхождения будет подписывать книги еще добрых полтора часа, не отказывая в общении никому. Как грустно заметил в общении с нами один из собеседников: «Это немудрено. Возможно, это последняя гастроль Вика».
Возможно, это последняя гастроль довоенного Кенигсберга. И его истинный закат.

Выставка, посвященная книге «Закат Кенигсберга», продлится в «Арт-воротах» до 4 декабря.
Саму книгу можно приобрести там же.

16+

Фото: Александр Любин

comments powered by HyperComments